В романе, как называл свою пьесу Шоу, профессор Хиггинс является специалистом в области звуков, он изучает речь: произношение, интонирование, манеры.
Автор также упоминает фонограф как инструмент, с которым работает главный герой.
Именно фонограф Виктор Крамер и взял за основу сценографии, превратив пространство сцены в футуристическую лабораторию, где Хиггинс собирает коллекцию сложных приборов и механизмов, картотеки звуков и голосов.
По сути — создает коллекцию человеческих душ.
Здесь, подобно Пигмалиону, Хиггинс творит свою Галатею: он сканирует и диагностирует Элизу Дулиттл, чтобы на основе собранного материала создать совершенно нового человека, новую Еву.
Только Элиза так и не стала экспонатом инфернальной коллекции.
Это спектакль о любви с открытыми финалом — о любви, которая никогда не превратится во что- то большее, но которая по накалу эмоций намного сильнее той, что заканчивается браком.
Герои-антагонисты любят друг друга и ненавидят друг друга, с каждым днем все больше погружаясь в противоречивое и всепоглощающее чувство.
Чем больше профессор оттачивает свое творение, Элизу, тем больше становится ее рабом: под маской циничного ученого, привыкшего скрывать свои эмоции и мысли, обнаруживается влюбленный и страдающий от любви мужчина.
Подобные чувства испытывает к своему учителю и свободолюбивая Элиза.
Трагизм истории в том, что главная героиня, оторвавшись от корней, не понимает, как ей жить дальше: она изменилась не только внешне — Хиггинс в первую очередь изменил ее изнутри.
В составе исполнителей возможны изменения.