В попытках поймать свою жизнь Крэпп записывает на старый бобинный магнитофон аудиодневники.
Но разве не так же бессмысленно пытаться облечь существование в биографию, как записывать на диктофон жестовый язык глухих? Память расплывается на отдельные звуки, чувства, фантазии, миражи и пустоты, становясь единственным интересом уходящей жизни старика Крэппа.
