И.
Рогалёв.
Фольклорное действо в двух частях.
Чтобы познакомить ребёнка с русским фольклором, открыть ему красоту и мудрость русских сказок, стоит прийти с ним на спектакль театра «Зазеркалье» «Финист ясный сокол».
Именно здесь фольклор становится для зрителей не «музейным», а ожившим – горячим и заразительным.
Не случайно этот спектакль, рождённый еще в 1994 году, стал одной из визитных карточек театра «Зазеркалье».
Показанный в рамках московских гастролей «Зазеркалья» на Новой сцене Большого театра в 2013 году, спектакль завоевал сердца московских зрителей – как детей, так и взрослых. «Финист ясный сокол» – тот самый характерный для «Зазеркалья» случай, когда постановщики создают спектакль не специально для детей, а «для себя».
Только тогда фантазия, мысль, юмор – все то, чем авторы спектакля дышат во время репетиций, – приводят к рождению настоящего, живого театра, который мгновенно находит отклик у зрителей.
Музыку спектакля создал петербургский композитор Игорь Рогалёв.
В ней соединились его замечательное театральное мышление, глубокое понимание фольклора, бесконечная любовь к русской культуре, тонкий вкус и редкостное чувство стиля.
«Финист ясный сокол» – это завораживающее действо, построенное на мотивах любви и смерти, сотканное из обрядовых элементов, слова, пения, танца, а также фантастически красивых, поистине волшебных костюмов и масок. «Финист ясный сокол» – сказка про любовь.
И любовь не простую, а высокую и жертвенную.
Любовь, которая может растопить лёд и воскресить из мёртвых.
Ведь чтобы найти своего заколдованного суженого, Меньшой дочери пришлось стерпеть предательство родных сестёр, сносить три пары сапог чугунных, съесть три просвиры каменных и даже пройти… мёртвое царство!
«В работе над сказкой для режиссера чрезвычайно важна философская первооснова сюжета.
В спектакле «Финист ясный сокол» эта философская основа оказалась облачённой в форму древнего обряда. <…> История любви девушки и птицы преподносится зрителю как обрядовая игра и одновременно «театр в театре».
В ритуальных, обрядовых играх ищет режиссер источник образности.
Даже названия эпизодов, на которые членится действие, говорят об этом: «Зачин», «Птичья свадьба», «Заклятие», «Оплакивание», «Успение»… Такой подход к материалу требует особых форм воплощения, особым образом – ритмически, пластически, хореографически организованного действа, особого изобразительного ряда. <…> В способе подхода к материалу Петров далек от буквальной этнографической достоверности: он фантазирует, нагружает сюжет смыслами, изначально в нем отсутствующими, вписывая русскую сказку в русло общеевропейской или восточной культурной традиции.
«Финист» – спектакль с очень мощной энергетикой, завораживающими, насыщенными ритмами, захватывающими эмоциональными кульминациями». (Ганичева Н.
Лицедейство от Петрова //Петербургский театральный журнал. 1999. № 17).
