Театр представляет новую версию балета «Свадебка» И.
Ф.
Стравинского, посвященную столетию со дня первой постановки (Париж, 1923).
Знаковая для балетного искусства партитура здесь дополнится максимальным количеством подробностей и гиперссылок (визуальных ключей, узнавание которых позволит зрителю расширить мысленное пространство спектакля).
Первое сценическое воплощение «Свадебки» было создано Брониславой Нижинской для Ballets Russes Сергея Дягилева.
Лаконичная хореография Нижинской строго и ясно следовала за ритмическим рисунком и мелодикой Стравинского и была поддержана такой же аскетичной сценографией Натальи Гончаровой.
К партитуре многократно обращались такие хореографы, как Морис Бежар, Иржи Килиан, Анжелен Прельжокаж, Татьяна Баганова, неизменно интерпретируя изначально заявленный Нижинской минимализм.
Собственная история постановок «Свадебки» есть и у Балета Москва: в 2008 году свою версию сюжета о свадебном обряде хореограф Лариса Александрова представила в духе грубого физического театра, а в 2012 году постановку-размышление об абстрактных отношениях мужчины и женщины представил французский хореограф Режис Обадиа. «Свадебка» Павла Глухова решительно уходит от концепции минимализма, соединяя хор и танцовщиков в одном пространстве.
Автор действует как хореограф-драматург и смотрит на партитуру Стравинского сквозь призму «Грозы» А.
Н.
Островского: насыщает сюжет подробностями, персонажей — характеристиками, хореографию — психологизмом; воплощает абстрактную идею ритуала через узнаваемую коллизию взаимоотношений между женихом и невестой, мужем и женой, старшим поколением и младшим, личными отношениями и связями с родом.
Свадебный обряд здесь не только воспевается, как задумано композитором, но и ниспровергается, «примеряется» на живого человека.
Расширение драматургии легло в основу музыкальной концепции композитора Николая Попова, обрамляющей 25-минутную партитуру И.
Ф.
Стравинского прологом и эпилогом.
Таким образом, «Свадебка» остается центральным эпизодом, дополненным прошлым и будущим.
Динамическая сценография Ларисы Ломакиной опирается на фактуру природных материалов, при этом подразделяя его на уровни конкретного действия и философского обобщения.
