Свет и тень. Lumen et Umbra (Невский 62)

Танцевальный спектакль в двух действиях на музыку Иоганна Себастьяна Баха.
Программа:
Иоганн Себастьян Бах (1685–1750) — Фрагменты из Сюит для виолончели соло, BWV 1007–1012 (1717–1723).
Действие I. «Свет» | Lumen.
Prelude из Сюиты  6;
Allemande, Courante, Sarabande, Minuet I&II, Gigue из Сюиты  1;
Courante, Bourrée I&II из Сюиты  3;
Courante из Сюиты  2.
Действие 2. «Тень» | Umbra.
Prelude, Courante, Bourrée I&II из Сюиты  4;
Courante из Сюиты  6;
Prelude, Sarabande, Minuet I&II из Сюиты  2;
Sarabande, Gavotte I&II из Сюиты  6;
Sarabande из Сюиты  5;
Prelude из Сюиты  1.
Виолончелистка Мириам Пранди, одна из концертмейстеров оркестра musicAeterna и артисты танцевальной труппы musicAeterna Dance Елена Лисная и Максим Клочнев создали двухчастную постановку «Свет и тень» на музыку из Сюит для виолончели соло Иоганна Себастьяна Баха (которые Мириам в том числе записала для лейбла Outhere Music / Fuga Libera, альбом вышел в свет в январе 2026 года).
Танцуют на сцене двое, но действующих лиц в спектакле — трое. Музыка Баха в исполнении Мириам Пранди играет ведущую роль, направляя танцовщиков и вступая с ними в разговор. Виолончелистка составила авторскую подборку частей из Сюит Баха. В первом действии спектакля-диптиха звучит музыка, выражающая Свет: рождение, расширение, молодость, жизнь. Во втором действии исполняются фрагменты сюит, которые воплощают Тень: распад, сжатие, уход в себя, смерть.
Свет и тень — не существуют друг без друга. Каждый луч отбрасывает тени, каждое пятно темноты очерчивается светом. Тема дуальности, бесконечной игры двух равных сил, создающих весь видимый и переживаемый мир, определяет пластическое содержание спектакля. В нём нет прямого нарратива, но есть диалектика соприсутствия двух тел\сил, вступающих во взаимодействие и не мыслимых друг без друга.
В «Свете», начав с медитации, рождённой из общего музыкального вдоха, через метафоры роста и трансформации артисты воплощают танец становления: и все же, в каждом их движении пробуждается тень. В «Тени» напряжение нарастает, игра притяжения и отталкивания сгущается до состояний столкновения, конфликта, эмоционального краха. Но и здесь окажется, что полной тьмы — или смерти — нет: последняя виолончельная пьеса звучит как вечный свет, навсегда запечатленный в великой музыке Баха.
В составе исполнителей возможны изменения без дополнительного уведомления.